Этого намека она уже совсем не выносит.
-- Дурак!
-- Импрессионизм! -- кричу я ей на прощание. Ну, пусть смеется надо мной, что я боюсь грозы.
19-го июня.
В цветнике много анютиных глазок. Есть задумчивые, есть веселые, есть ласковые и есть такие злые, что на них глядеть неприятно. В особенности маленькие желтые, с черными пятнышками. Сергей говорит, что они постоянно говорят всем неприятности и что бабочки их боятся. Они слишком слабы, чтобы делать зло, но их дурное настроение заразительно. Соседние цветы часто жалуются Сергею, что они им ужасно надоедают. Там расцвела маргариточка, скоро ее свадьба, а злые Анютины глазки над ней смеются и изводят ее так, что она боится подурнеть. Левкои, оказывается, очень глупы, а розы сентиментальны.
Олюшка подслушала наш разговор и, по своему обыкновению, начала хохотать. Сергей сказал, что слышал, как горлинка жаловалась, что у нее сова унесла одного птенчика, самого любимого из всех. Что тут смешного? А она сейчас же выдумала: -- A я слышала, как синичка просила водички. И уж так хохотала и столько раз повторяла, точно страшно умно. Глупо!
20-го июня.
Как нарочно, столько гроз в этом году!
Я спрашивал Сергея, что говорят деревья во время грозы? Он очень строго взглянул на меня и сказал:
-- He спрашивай никогда! Это не все могут вынести. Благодари судьбу, что ты не понимаешь!