16. Если кто наводит на представление, будто погрешает: да точно ли я знаю, что это погрешение? А если и погрешил, то сам же свершил над собой суд; и как это похоже на то, чтобы себе самому выцарапал глаза. И ещё: кто не хочет, чтобы дурной погрешал, похож на того, кто не хочет, чтобы давала сок смоква на смоковнице, чтобы младенцы не ревели, не ржал конь, и прочие неизбежности. Ну а что ему делать, раз состояние его такое? Состояние излечи, если ты такой дошлый.
17. Не надлежит — не делай; не правда — не говори. Пусть твоё устремление будет устойчиво во всем.
18. Всегда смотреть так: а что оно такое — то, что производит твоё представление, и разворачивать его, расчленяя на причинное, вещественное, соотнесенность и время, в пределах которого должно будет ему прекратиться.
19. Почувствуй же наконец, что есть в тебе нечто более мощное и божественное, чем то, что страсти производит или вообще тебя дергает. Каково сейчас моё разумение? страха нет ли? подозрений? вожделения нет? чего-нибудь ещё такого?
20. Во-первых, без произвола и с соотнесением. Второе, чтобы это не возводилось к чему-либо другому кроме общественного назначения.
21. Что немного ещё, и будешь никто и нигде, как и все, что теперь видишь, и все, кто теперь живет. Ибо от природы все создано для превращений, обращений и гибели, чтобы по нем рождалось другое.
22. Что все — от признания, а оно от тебя зависит. Так вот, сними, когда захочешь, признание — и все, как у того, кто в море зашел за выступ: тишина, спокойствие, ровные воды залива.
23. В отдельности любая деятельность, если она часом прекращена, ничуть не страдает постольку, поскольку она прекратилась. И тот, кто сделал это деяние, никак не пострадал постольку, поскольку оно прекратилось. Точно так же и совокупность всех деяний, каковой является наша жизнь, если прекратится в свой час, то никак не страдает постольку, поскольку она прекратилась. И тот, кто прекратил в свой час эту цепочку, не получил зла в своём укладе. А час и предел дает природа, иногда собственная, если в старости, и уж всегда — общая, части которой превращаются, а мир в целом пребывает юным и цветущим. А всегда прекрасно и своевременно все, что полезно целому. Так вот прекращение жизни никому не зло, потому что оно не постыдно, раз не по нашему выбору и необщественного не содержит. А благо оно потому, что своевременно и приносит пользу целому, а целое его приносит. Вот богоносец же тот, кто несёт себя путями бога и уносится собственным умом на эти пути.
24. Держать под рукой тройственное. Применительно к тому, что делаешь: не наугад ли и не иначе ли, чем делала бы сама правда? А применительно к приходящему извне — что оно либо случайно, либо от промысла, и что нельзя ни на случайность сетовать, ни промысл обвинять. Второе вот что: каково все от семени до одушевления и от одушевления до того, как отдаст душу, и смешение из чего здесь и распад во что. Третье: если вознесясь на небо в высь глянешь на людское, увидишь, какая тут поворотливость, а вместе и то приметишь, какова заселенность воздуха и эфира; а ещё, что сколько бы раз ни поднялся, увидишь одно — кратковечное, единообразное. Чем ослеплены!
25. Выбрось признание — и спасен. А где тот, кто мешает выбрасывать?