И вотъ опять нашъ лѣсъ зазеленѣетъ,
Все тотъ же лѣсъ, волшебный и родной!
Политика фонъ-Бейста, грозившаго припереть Славянъ къ стѣнѣ, и событія 1867 года въ Римѣ также заставили откликнуться Тютчева. Въ особенности замѣчательно стихотвореніе по поводу римскихъ замѣшательствъ, въ которыхъ поэтъ видитъ Божью кару "за тяжкій грѣхъ, тысячелѣтній грѣхъ Свершится судъ... и папская тіара Въ послѣдній разъ купается въ крови.
Обнародованныя въ 1867 году извѣстныя депеши князя Горчакова заставили поэта вновь обратиться къ вѣчно тревожившему его Восточному вопросу и воскликнуть:
Когда свершится искупленье
И озарится вновь Востокъ,
О, какъ поймутъ тогда значенье
Великолѣпныхъ этихъ строкъ!
Еще большее возбужденіе овладѣло Тютчевымъ три года спустя, по поводу деклараціи которою Русскій кабинетъ возвѣстилъ что не считаетъ для себя болѣе обязательными ограниченія въ правахъ наложенныя на Россію Парижскимъ трактатомъ. Престарѣлый поэтъ привѣтствовалъ эту новую дипломатическую побѣду Россіи двумя стихотвореніями, впервые появляющимися въ біографическомъ очеркѣ г. Аксакова. Вотъ нѣсколько строкъ изъ перваго:
Пятнадцать лѣтъ съ тѣхъ поръ минуло,