-- Для живыхъ картинъ это очень важно, замѣтилъ серіозно Ильяшевъ.
-- Кого только можно было, я всѣхъ завербовала; но все мало, ужасно мало! продолжала почти съ отчаяніемъ Недьгунова.-- Вотъ напримѣръ "серенада" -- прехорошенькій сюжетъ, и даже мущины для этой картины есть; но Испанку найти просто невозможно.
Нельгунова сложила на столѣ свои полненькія ручки и какъ-то совсѣмъ глуповато смотрѣла на Ильяшева.
-- Я здѣсь пріѣзжій и рѣшительно никого не знаю, сказалъ тотъ, пожавъ даже плечами.-- Кромѣ развѣ той хорошенькой акеящины которую вы видѣли въ театрѣ..
-- Ахъ, я уже думала о ней, подхватила Нельгунова,-- но знаете, какъ-то... право, я не увѣрена удобно ли будетъ ее приглашать. Она совсѣмъ не знакома съ нашимъ обществомъ, а не знаю какъ это покажется другимъ... Полина Матвѣевна такая на этотъ счетъ переборчивая...
У Ильяшева вдругъ явилась довольно смѣлая мысль.
-- Если это такъ важно, то я берусь достать вамъ Испанку, вызвался онъ.
-- Ахъ, неужели? радостно воскликнула Нельгунова:-- кто же это?
-- Моя сестра. Она недурна собою и брюнетка.
Нельгунова все съ тѣмъ же радостнымъ удивленіемъ смотрѣла на него.