– Что такое? – спросилъ онъ.
– Васса Андреевна поссорилась съ Ерогинымъ, – объяснилъ Бобылковъ. – И такъ, бѣдная, скучаетъ, жалко смотрѣть на нее.
– Можетъ ли быть? – видимо заинтересовался Козичевъ.
– Безъ шутокъ. Я теперь придумываю, какъ бы развлечь ее. Пригласимъ-ка ее завтра обѣдать въ ресторанѣ, а?
– А она поѣдетъ безъ своего Сатира?
– Я же вамъ говорю: расплевались! Теперь для васъ самый настоящій моментъ поухаживать за нею.
Козичевъ описалъ тросточкой кругъ въ воздухѣ и улыбнулся, показавъ свои отличные зубы.
– Я не прочь, – сказалъ онъ, – мнѣ Васса Андреевна всегда нравилась. Такъ завтра, здѣсь?
И онъ указалъ глазами на ресторанъ, мимо котораго они проходили.
– Въ семь часовъ, – подтвердилъ Бобылковъ.