Быть может, это тень отца?
Иль образ матери моей
Шепнуть мне хочет в мгле ветвей
Слова любви или угроз?
Вообще, он представляет собою зрелище человека, у которого "юный жар" под дуновением жизненного холода превратился не более как в теплоту и который пережил самого себя, свои страсти и желания:
Лист за листом я рвал заветные тетради,
И все, и все изорвано теперь.
Он - поэт хандры, жизни прожитой; он - певец тоски, вечной Sehnsucht (cтрасть (нем.)), заветной тетради, и жизнь дорога ему только в своем запустении.
Унылый внутренний мир находит себе печальное соответствие во внешней природе, и мы читаем:
Осенний день был сер и сыр,