Как только ввели еле живого Овчи-Пирима, царь обернулся к нему и зашипел:
-Дерзкий инсан! Это ты осмелился поднять руку на царскую дочь! Да знаешь ли ты, что понесешь наказание, какого еще не выдумали даже шейтаны у вас в аду Как только царь перестал шипеть, палачи хотели кинуться на Овчи-Пирима, но тот бросился на колени и умоляющим голосом начал просить:
-Великий царь-царей всех змеиных пород всего мира! Позволь мне, пока я еще дышу, рассказать тебе все подробности этого несчастного случая.
Царь согласился. При этом царевна покраснела, не зная, куда деться от стыда и от страха перед отцом. Но Овчи-Пирим был хитер и представил царю случившееся в другом свете, всячески ограждая честь царевны: из его рассказа следовало, будто черная змея пыталась изнасиловать царевну, которая всеми силами сопротивлялась. При этих словах царевна чуть не лишилась чувств от страха за участь своего возлюбленного; все же остальное охотник передал так, как это произошло в действительности.
Когда Овчи-Пирим окончил свой рассказ, страшно было смотреть на разгневанного царя-он ревел, шипел, свистел, весь трясся от гнева и даже почернел. Все в ужасе ждали, чем кончится эта гроза, как вдруг царь закричал, обратившись к своим крылатым визирям и назирам:
- Ступайте и приведите сейчас же всех змей со всего света, и ты, благородный инсан, должен указать мне эту змею, а что с нею сделать, так это уж я знаю.
Крылатые визири и назиры моментально выскочили и, в сопровождении чавушей, начали сзывать весь змеиный народ в царский дворец. А Овчи-Пирима царь поставил у дворцовых ворот, через которые поодиночке должны были входить все змеи.
И вот, через несколько минут, потянулись одна за Другой, все змеи со всего света и, останавливаясь перед Овчи-Пиримом, поодиночке входили в ворота.
Каких только змей не было здесь, каких пород, каких цветов и видов! Были среди них и белые змеи, и красные, и желтые, и синие, были крылатые, и рогатые, и со львиными лапами, и с человеческими головами, и с лошадиными хвостами. Овчи-Пирим задерживал каждую дольше, чем было нужно, чтобы внимательнее их рассмотреть.
Вдруг он увидел, что какая-то темноватая змея, крадучись, хочет незаметно проскользнуть в ворота. Овчи-Пирим тотчас же остановил; ее и, о, радость! -узнал в ней черную змею! А она, оказывается, всю себя обмазала желтой грязью, чтобы не быть узнанной.