— Не могу, — повторил Алексей.
— На что же это похоже? — спросила Женя, оглядывая всех. Шуткой она пыталась скрыть смущение. — Не похоже ли это на оскорбление личности? Вон он какой, лирик! Придется танцевать с Серафимой.
— Проверим, — сказала Таня, поднялась и подошла к Алексею. — Я приглашаю вас.
Алексей снова отказался. Беридзе, и тот удивился:
— Ты что, милый?
— Я сказал: не могу! Извините! — уже с некоторой злостью отрезал Ковшов.
— Приглашайте меня, — предложил Георгий Давыдович. — Танцор я не из важных, однако завертеть могу до смерти.
Таня внимательно взглянула на помрачневшего Алексея и протянула руку Беридзе:
— Покружимся. Только не вскружите мне голову.
Женя не отступалась от Ковшова: