В сутолоке не сразу обнаружили, что в кабине подбитой машины помяло напарника шофера. Кто-то, наконец, услышал стоны. Гурьбой бросились к пострадавшему, вытащили из кабины и перенесли на порожнюю машину. Как бы примирившись на этом, все принялись с азартом и яростью сваливать трубы с прицепа. Одна из труб грохнулась на дорогу и покатилась на санный обоз, дожидавшийся проезда. Лошади, испугавшись черного чудовища, катившегося на них, всхрапнули и вскинулись на дыбы. Послышался треск ломающихся саней.
Подбежавшие инженеры поспешили вмешаться. Алексей приказал отвести в сторону лошадей. Беридзе что-то говорил шоферам.
— Давай, борода, кидай лыжи и берись за трубу, или дуй мимо! — ответил ему разозленный шофер.
— Сейчас же прекратите безобразие! Поставьте как следует прицеп и грузите обратно трубы! — крикнул Беридзе, бросая лыжи.
— Ты кто такой нашелся распоряжаться? — возмутился шофер.
— Это главный инженер строительства, не кричите на него! — крикнул в свою очередь Алексей и усмехнулся собственной неожиданно вырвавшейся фразе. — А ну, товарищи, разводите свои машины. Поставим на место прицеп этого крикуна и навалим ему груз. Пусть все-таки везет до места.
Через несколько минут движение на дороге восстановилось.
— Жаль парня, молодой совсем, — сказал Алексей. — Сильно помяло его.
— Наши потери, — грустно вздохнул Беридзе. — Сражение за нефтепровод тоже не обходится без жертв, Алеша...
Оглядывая заснеженный хмурый лес вдоль дороги, Алексей мысленно представил себе Митю, подползающего к деревянному мосту, с гранатой в руке. Перед выходом из Новинска Ковшов приготовил посылку (консервы, теплые носки, махорку — братишка, наверное, уже научился курить!) — и поручил Жене Козловой отправить ее в школу.