В суматохе Алексей увидел Кондрина. С перекошенным от ужаса лицом бухгалтер держался обеими руками за перегородку будки машинного отделения, на нем был спасательный круг. Увидев такой же на Тане, он ухватился за него одной рукой и потащил к себе.
— Прочь! — встряхнул его сержант.
— Спасайте с ребятами Таню и Тополева. Я беру на себя Георгия Давыдовича, — торопливо договаривался Алексей с Полищуком.
Катер повалился набок. Его снова подбросило волной.
— Оставить катер! — заорал Полищук.
— Прыгай, сволочь! — понуждал сержант Кондрина, обалдевшего от страха.
Алексей бросился в пучину, увлекая за собой Беридзе. От ледяной воды зашлось сердце. Алексей чувствовал, как бьется в его руках Беридзе, мешая ему всплыть на поверхность. В воде он сильно дернул его за волосы, и Георгий Давыдович затих, поняв, чего хочет от него Алексей. Их сразу вытолкнуло наверх.
— Плывем туда, берег там! — показывал Алексей, поддерживая Беридзе.
Ничего не было видно: ни катера, ни товарищей. Волны, как звери, набрасывались на них, поднимали к небу, швыряли вниз и проносились над их головами.
Беридзе волновался, вертел головой и все пытался крикнуть что-то, но лишь захлебывался водой.