Съ этого дня то и дѣло слышалось:
-- Ахъ, Жукъ, какъ я тебѣ благодаренъ!.. теперь я все понялъ!..
-- Ну-ка, повтори!
Клейнбаумъ спѣшилъ повторять, и выходила ужасная чушь.
-- Хе, хе, хе!-- потихоньку произносилъ Жукъ, вспоминая, вѣроятно, дядюшку.
-- Ну, начнемъ сначала, Клейнбаумъ.
-- Вотъ чудакъ этотъ Жукъ,-- ворчалъ Филя,-- откуда онъ взялъ столько терпѣнья...
Наступили страшные экзамены и, вмѣстѣ съ ними, лѣтнія жары. Нѣсколько человѣкъ нашихъ товарищей ходили съ понурымъ видомъ по саду, не принимая участія въ вечернихъ играхъ. Напрасно сталъ-бы кто искать между ними Клейнбаума: онъ бѣгалъ по саду съ самымъ беззаботнымъ видомъ. Жукъ отыскалъ его.
-- Ну что, Клейнбаумъ, провалился?
-- Изъ математики провалился, и это совсѣмъ вѣрно, а вотъ изъ географіи...