-- Такъ это ты, звѣрокъ?!-- грозно сказалъ Жукъ, приближаясь ко мнѣ.
Сильной рукой схватилъ онъ меня за волосы и заставилъ подняться съ мѣста.
"Теперь или никогда!!" -- промелькнула въ моей головѣ отчаянная мысль, подъ вліяніемъ смѣшаннаго чувства боли, стыда, негодованія.
Не помню, что я отвѣчалъ ему, но только черты его лица выразили чрезмѣрное изумленіе.
-- Ты меня вздуешь, Сенька?... Ты?!-- прошепталъ Жукъ, опуская руку.
"Нападающій всегда, имѣетъ преимущество",-- была моя вторая отчаянная мысль въ эту критическую минуту.
Вслѣдъ за тѣмъ я такъ широко размахнулся, какъ никогда въ жизни...
Ударъ былъ хорошъ и неожиданъ! Самъ дядюшка, навѣрное, одобрилъ-бы его; но, къ несчастію, онъ попалъ не въ того, кому предназначался...
-- Ой, ой!-- взвизгнулъ школьникъ, физіономія котораго приходилась какъ разъ рядомъ съ лицомъ Жука.
Что было дальше -- я не могъ сообразить... Я прыгалъ и падалъ -- для того, чтобы снова подпрыгнуть и опять упасть... Судя по массѣ ощущеній, несомнѣнно было только одно, что я бился не съ однимъ, а съ двумя противниками одновременно... Сколько минутъ продолжалась горячая схватка -- то-же вопросъ, оставшійся неразъясненнымъ. Я не видѣлъ лицъ; передо мною мелькали то зеленые, то красные круги. Круги дѣлались больше и больше, путаясь между собою; въ ушахъ слышался трезвонъ. Мнѣ показалось лишь, что гдѣ-то далеко, далеко прозвучалъ голосъ, не похожій на другіе голоса: