-- Ничего,-- отвѣчалъ Клейнбаумъ,-- но мнѣ очень, очень грустно...
-- Почему грустно?
-- Потому что ты уѣзжаешь.
-- Что же, вѣдь и ты уѣзжаешь?...
-- Уѣзжаю. Это совсѣмъ вѣрно!
-- Говори же, наконецъ, чего плачешь?
-- Что будетъ съ нашей школой безъ тебя, Жукъ?..
Нѣкоторые засмѣялись, но въ сущности Клейнбаумъ выразилъ словами лишь то, о чемъ думали всѣ безъ исключенія.
-- Какой ты глупенькій!-- вскричалъ Жукъ.-- Спроси лучше, что мы будемъ дѣлать безъ нашей школы?
-- Клейнбаумъ правъ! Не выпускать Жука, господа!!-- зашумѣла молодежь.