Шапка была у меня въ рукахъ, и мы, по обыкновенію, отправились чуть не бѣгомъ.
-- Наконецъ-то, удалось мнѣ завезти отца въ городъ!.. Замѣтилъ ты, Сеня, онъ тутъ и смотритъ бодрѣе, и говоритъ гораздо больше?
-- Замѣтилъ, замѣтилъ!-- вторилъ я моему другу, а самъ невольно подумалъ о томъ, что сказалъ-бы на это Филя?
Мы пересѣкли Соборную площадь и остановились у воротъ, на которыхъ сіяла новенькая лаконическая надпись: "Домъ Клейнбаума".
-- Здѣсь, здѣсь!-- сказалъ, усмѣхнувшись, Жукъ.
Въ глубинѣ двора мы увидѣли папеньку, маменьку и нашего Клейнбаума.
Онъ занимался, подъ надзоромъ родителей, гимнастическими упражненіями, и именно теперь, когда мы подошли, продѣлывалъ весьма замысловатую штуку: зацѣпивъ ногами двѣ петли, прикрѣпленныя къ высокой перекладинѣ, Клейнбаумъ, головою внизъ, медленно покачивался въ воздухѣ.
Жукъ и я отвѣсили надлежащіе поклоны и сказали, обращаясь къ висѣвшему товарищу:
-- Мы пришли за тобой!
-- Кто это такіе, маменька?-- спросилъ онъ, не узнавая насъ.