-- О чемъ ты задумался, Ильинскій?-- спросилъ онъ своего сосѣда, который ѣлъ съ аппетитомъ, но молча.
-- Андрей Иванычъ, называйте его просто Жукомъ: онъ тогда скорѣе будетъ отвѣчать,-- предложилъ Филя.
-- Хе, хе, хе! О чемъ думаешь, Жукъ?-- повторилъ дядюшка.
-- Я думаю объ отцѣ,-- отвѣчалъ Жукъ, тряхнувъ головою.-- Было бы очень хорошо, еслибъ вы его навѣстили... Вѣдь около него никого нѣтъ, кромѣ Андревны да Перушкина -- лѣсничаго.... Отецъ совсѣмъ отвыкъ говорить...
-- То же самое будетъ и съ тобою, Жукъ,-- вмѣшался Филя.
-- Кто эта Андревна?-- спросила мама.
Моя бывшая кормилица, а теперь наша хозяйка: она смотритъ за всѣмъ домомъ,-- отвѣчалъ Жукъ.
-- Ахъ! это, вѣрно, та самая молчаливая баба, которая пріѣзжаетъ за тобою по субботамъ?-- спросилъ Филя.
-- Та самая.
-- Вотъ такъ баба, доложу вамъ!-- обратился Филя къ своей сосѣдкѣ.-- Ничего отъ нея не узнаешь... Жукъ назвалъ ее за это идоломъ, и по дѣломъ!