Перед вылетом в каюту Навратила вошел Северсон. Он молча стоял в дверях и смущенно теребил карман, как школьник у доски.
— В чем дело, дружище?
— Хотел бы вас попросить… не могу ли я полететь вместе с вами?
Навратил удивленно поднял густые брови:
— Как это? Почему? Ведь вам жребий не выпал. «Луч» могут покинуть не более шести человек, кого же мне исключить из экипажа? Ведь все мы одинаково хотим собственными глазами увидеть незнакомый мир.
— Цаген готов уступить мне место, я уже говорил с ним об этом. Все зависит теперь от вашего согласия.
— А почему вы так хотите быть среди тех, кто первыми ступят на Кварту?
Северсон склонил голову:
— Боюсь за Алену. Вы ведь знаете, я и она…
— Так вон оно что! Может, ревнуете? Не доверяете своим коллегам? Или думаете, что Алена — слабая женщина, которая нуждается в том, чтобы рядом с ней был рыцарь? Так их будет целых пять… Я понимаю, вы хотите все время быть вместе. Я не против. Но поймите — мы не на прогулке. Завоевывая неведомые дали Вселенной, без дисциплины мы бы быстро потерпели поражение. Как бывший солдат, вы это должны знать лучше, чем я. «Красивым личиком сыт не будешь!» — говорили наши предки… — улыбнулся Навратил, взглянув на сокрушенное лицо Северсона. — Но всетаки под моей грубой блузой бьется доброе сердце, так что попробуем уговорить Цагена. Если он действительно уступит место в «Стреле», полетите с нами.