Снова пурга, шторм, суда стоят и ждут. Как начальник зверобойной экспедиции я дал распоряжение кораблям продвигаться дальше на юг, где есть залежки. С «Седова» и «Сибирякова» уже сообщают, что зверь замечен.
24 февраля
С утра идет снег. Пригласил капитанов всех судов для переговоров по радиотелефону. Выяснилось, что лед очень плотный, корабли продвигаются с трудом, друг за другом.
«Ломоносова» льдом протащило мимо Сосновца, а теперь тянет вдоль Терского берега. Как бы его не выжало на кошки…
Ветер нагоняет снежные бугры и сильно портит аэродром. Вчера на взлете Матвей Ильич Козлов едва не потерпел аварию.
25 февраля
У нас на Моржовце наступило потепление: температура ноль градусов, идет мокрый снег. По сводке, в Жижгине, Зимнегорске, Инцах идет моросящий дождь.
Сегодня вскрыли ящик с лекарствами для походной аптеки – о, ужас! – ничего не разберешь. Наши снабженцы не позаботились надежно закупорить склянки, и некоторые лекарства вытекли. Иод проел пробки и тоже вытек. Теперь все залито, и этикетки невозможно прочесть. Не пойму, для чего врачи положили нам две большие бутылки иода.
26 февраля
«ПС-4» и «Сталь-2» летали на разведку. Первый пошел в южную часть горла с залетом в Золотицу. Второй держал курс на Чешскую губу. В пути погода испортилась. Машины пробивали снегопад и низкую облачность. «Сталь-2» сел в Меграх и там заночует, а местонахождение «ПС-4» пока неизвестно. Я предупреждал ребят: в случае плохой погоды садиться в Кие. Думаю, что «ПС-4» там.