В октябре из столицы вылетели на Север еще четыре тяжелых самолета. Их вели Герои Советского Союза М. С. Бабушкин, летчики-орденоносцы Б. Г. Чухновский, Я. Д. Мошковский и Ф. Б. Фарих.
Накануне отлета в статье «Наши планы» М. С. Бабушкин писал:
«Готовясь к экспедиции, мы учли, что нам придется летать в особенно трудных условиях. В Арктике наступает полярная ночь, которая в первый период богата штормами и туманами. Еще не успел охладиться воздух, волны теплого течения с юга еще попадают в район льдов и, охлаждаясь, образуют густые туманы. Они опасны в осенних условиях, грозят самолету обледенением.
Вот почему особое внимание мы обратили на оборудование самолета. Самое важное – обеспечить полеты в арктическую ночь. Мы приспособили свои корабли для этого. Освещение оборудовано великолепно. Фары под крыльями, прожекторы, установленные в хвостовой части самолета, и большой запас всевозможных осветительных ракет дадут возможность успешно бороться с тьмой полярной ночи. Мы рассчитываем благополучно производить посадки на льдах. На острове Рудольфа мы вольемся в экспедицию товарища Шевелева и под его руководством будем вести поиски. План этих работ, по-моему, должен быть таков. Выждав благоприятную погоду, нужно вылететь на двух самолетах в район Северного полюса. Приблизительно в той точке, где, по нашим предположениям, сейчас находится экипаж Леваневского, необходимо найти подходящую площадку, сесть там и подготовить аэродром для приема остальных кораблей. Первые два самолета должны сыграть роль дрейфующей базы с метеорологической станцией и рацией. По вызову этой дрейфующей базы вылетят остальные тяжелые корабли. Они привезут запасы горючего и продовольствия. Пополнив баки своих самолетов, мы сумеем (постепенно расширяя зону обследования) радиусами облетывать район посадки «Н-209», тщательно обыскивая каждый ропак.
Полярной ночью костер или зажженную ракету видно далеко вокруг. Возможно, что Леваневский подаст такой световой сигнал. Особенно широко мы будем проводить поиски в лунные ночи. Благодаря прозрачному, чистому воздуху и сильному светоотражению от льда и снега в Арктике в лунные ночи светло, как днем.
О себе сказать мне нечего. Я север знаю, север люблю, работаю на севере давно. Я охотно иду в новый почетный северный рейс».
О ходе экспедиции Михаил Сергеевич Бабушкин регулярно писал своей жене Марии Семеновне, находившейся в то время в Ессентуках:
« Москва, 2 октября 1937 года
Сегодня я собрал все свои вещи, белье и одежду. На 4 октября намечен вылет. Из газет ты узнаешь, как идут поиски самолета Леваневского. Мне кажется, что мы его найдем…
Только что говорил с тобой по телефону, но так мало… Надеюсь, когда вернемся с поисков, наговоримся вдоволь, куда-нибудь поедем, отдохнем…»