V
Письмо третье
От Борисоглебского к Красоте
О любимое мною солнце!
Пламенеющий покой -- и застывшее движение; младенец -- и тысячелетний старик; падающий -- и восстающий; Все, без следа расплывающееся в предвечном тумане -- и ничтожный атом, хотящий создать новые небеса и новую землю; рысь, вьющая гнездо и лебедь, которого услада в кровожадности; то Ищущий, то Увенчанный; то могущественный, то отверженный; воплощенный, перевоплотившийся; Артур, и Жофруа, и *** сын **, и Пуран Сидир, и Jagadis, и..., и тысячью других имен называющий себя; словом, Некто странный, меняющийся, противоречивый и подобный ветру, который то взметает жгучие пески Ливийской пустыни, то нашептывает песнь любви под лазурным небом Ионических островов.
Вот кто я и что я. Я сказал, ибо Вы желали этого.
Знаете ли Вы меня? О да! потому что Вы слышали мой голос в воплях порвавшихся струн, и в аккорде умирающей луны, и в шелесте цветов яблони. Я бываю всюду, когда это дозволяют созвездия.
Geoffroy.