И в умной дружеской беседе
Забудешь иногда, ей-ей, и об обеде!
У Смирдина была своя типография и своя переплётная мастерская. Сколотив хорошее состояние на книжной торговле, он на ней же и потерял его. Чтобы поправить дело, Смирдину (и только ему одному) разрешена была правительством два раза беспроигрышная литературная лотерея по 1 рублю за билет, с правом выигрыша книги ценностью от 1 р. до 50 рублей, и с одним выигрышем в 1000 рублей премии. Билеты раскупались быстро, лотерея разыгралась, но не поправила дела, способствовав, однако, движению книжной торговли. Смирдин умер в 1857 году.
В 1830-1840 годах книжная торговля была очень оживлена. Книжные лавки были постоянно полны покупателями. Кроме покупателей местных, между которыми стали показываться аристократы и люди администрации, до того времени в руки не бравшие русских книг, зимой появлялись в значительном числе и помещики, покупавшие зараз на большую сумму. В то время книжный магазин в Гостином дворе, например, Полякова, продавал в год на 700 000 р. асс.
После 1840 года книжная торговля приутихла. В 40-х годах в Гостином дворе даже по книжной торговле существовало зазывание покупателей, доживающее свой век теперь на Апраксином рынке. Особый мальчик, или приказчик стоял на пороге магазина, и всякому порядочно одетому прохожему говорил: "Пожалуйте, здесь такого-то лавка!" А сосед с той же фразой -- "Здесь такого-то лавка!"
Вначале дух рекламы был чужд русской книжной торговле. Объявления о выходе в свет новой книги печатались самые коротенькие, шаблонные. В "Петербургских Ведомостях" 1750 года читаем: "в академической книжной лавке продается древняя история о Египтянах и Карфагенянах, на русском языке, по рублю 50 копеек, о чем через сие объявляется".
Подобные объявления "от академической книжной лавки" печатались в продолжение нескольких лет, пока на арену книжной торговли не выступили частные книгопродавцы в лице переплётчиков. В "Ведомостях" 1775 года стали появляться такие объявления: "в сухопутном кадетском корпусе, на Конюшенном дворе, у переплетчика Маркелова продаются книги: об угрюмом муже и его злой жене да портрет Карла XII и все господина Сумарокова новые сочинения по разным ценам".
Новиковым была сделана первая попытка критического обозрения вновь выходивших в России книг, в его журнале "Санкт-Петербургские ученые ведомости на 1777 год".
В предисловии к изданию "Ученых Ведомостей" Новиков по этому поводу пишет: "Но как критическое рассмотрение издаваемых книг и прочего есть одно из главнейших намерений при издании сего рода листов (Ученых Ведомостей), и по истине может почитаться душою сего тела, то и испрашиваем мы у просвещенной нашей Публики, да позволится нам вольность благодарныя Критики. Не желание охуждать деяния других нас к сему побуждает, но польза общественная; почему и не уповам мы сею поступкою нашею огорчить благоразумных Писателей, Издателей и Переводчиков; тем паче, что в критике нашей будет наблюдаема крайняя умеренность, и что она с великою строгостью будет хранима в пределах благопристойности и благонравия. Ни что сатирическое, относящееся на лице, не будет иметь места в Ведомостях наших; но единственно будем мы говорить о книгах, не касаясь ни мало до Писателей оных.
Впрочем, критическое наше рассмотрение какой-либо представленной книги не есть своенравное определение участи её, но объявление только нашего мнения об оной. Сами господа Писатели, Издатели или Переводчики оных могут прислать возражения на наши мнения, которые мы, получив, охотно поместим в наших Ведомостях".