О, смертный! томный гласъ Рамиру вопіетъ:
О, ты! кого судьба со яростью гнететь,
Тебѣ не отвратитъ ея ударовъ нынѣ,
Ты знай, она твой рокъ скончаетъ въ сей пустынѣ.
Воззри; познай вину ты страха своего,
Вострепещи! во мнѣ ты духа зря того,
Что бѣшенствомъ въ поляхъ ѳессальскихъ воспалился; {Бруту.}
Убійцѣ Кесаря несчастному явился!
Вострепещи! я тотъ! повсюду я ношусь,
Я грознымъ именемъ Злосчастія зовусь.