Что льститъ, влечетъ его, препятствія не зная,
Воздвигшись вкупѣ весь сей страшный полкъ врагу,
Слѣдъ тяжкихъ стопъ своихъ оставилъ на брегу;
Но не было еще младаго въ немъ героя,
Что первый сладостью наскучивши покоя,
Былъ долженъ полетѣть чрезъ верхъ пучинныхъ горъ.
Всѣ вопятъ: гдѣ Рамиръ? повсюду мещутъ взоръ,
Его медленіемъ въ досадѣ укоряютъ.
Мнитъ самъ онъ, что его въ томъ волны обвиняютъ;
Приходитъ наконецъ, но коль въ немъ страненъ видъ,