Для такого малыша очень трудно было отодвинуть шкаф, хоть он и был почти пустой. Но Генрих собрал все силы — и тянул, тянул: а вдруг отец вернется сегодня ночью?
Наконец ему это удалось. Он забрался за шкаф и осторожно стал вдвигать задние доски. И правда, они глубже и глубже входили в шкаф. Скоро Генриху можно уже было спрятаться позади. Одежда так и осталась висеть в передней половине. Теперь, если придвинуть шкаф к стене, никто и не заметит, что сзади кто-то спрятался.
Генрих от радости обнял и поцеловал Вольфи. Потом он решил попробовать, хороший ли получился тайник. Он упрятал в тайник Вольфи, придвинул шкаф к стене — и захлопал в ладоши. Вот теперь чудесно: Вольфи совсем не видать!
Но Вольфи не понравилось в тайнике. Наверное, он не понял, какая это важная штука. Из задней половины шкафа сейчас же раздался тихий визг. Он становился все громче и превратился в жалобный вой в ту самую минуту, когда матушка Кламм вернулась с работы.
— Что случилось? — спросила она. — Почему Вольфи плачет? Да где он? Почему я его не вижу?
Она удивленно оглядывалась по сторонам.
— А ну, поищи! — воскликнул Генрих. Его лицо сияло гордостью. — Ищи, ищи!
Матушка Кламм открыла шкаф: ведь оттуда слышался визг. Но собаки там не было. Она заглянула за шкаф, но он был придвинут к стене — для собаки там не было места.
— Что это ты выдумал? — спросила она изумленно. — Где собака?
