Когда он был уже почти внизу, он услышал, как полицейские выходят из квартиры и хриплый голос говорит:
— Нет! Только не у меня. Я бы никогда не впустила коммуниста в квартиру. Боже упаси! Но я видела, как он вбежал на пятый этаж и там и остался. Наверное, он спрятался на чердаке.
— Чердак заперт на замок, мы уже смотрели, — злобно проворчал один из полицейских.
— Но там есть еще и квартира. Больше он никуда не мог деваться.
— Посмотрим, — снова пробурчал шуцман, и они пошли снова наверх.
Генрих должен был скрыть свой испуг. Он притворился, что его нисколько не интересует, куда идут полицейские. Но он остался на лестнице и стал — для виду — играть своим стеклянным шариком. Он скатывал его со ступенек и снова ловил, но в то же время напряженно слушал, что творится наверху.
Полицейские постучались в комнату Кламмов и закричали:
— Откройте! Полиция!
Но им никто не открыл, и они сами вскрыли замок отмычкой. Все это произошло очень быстро. Затем они вошли в комнату.
Генрих затаил дыхание. Шарик едва не укатился совсем, потому что Генрих забыл о нем. Но вскоре полицейские вышли на лестницу.