По вычурному убранству головы я узнал в нем вчерашнего гостя -- вождя острова, на котором мы находились. Вода смыла с его лица всю краску, и, к моему удивлению, я увидел, что это Тараро, мой старый друг с Кораллового острова.
Тараро тотчас же узнал меня, подойдя ко мне, обнял меня за шею и приблизил свой нос к моему носу. Потом, будто вспомнив, что приветствие у белых выражается иным способом, схватил меня за руку и с силой ее потряс.
-- Алло, Ральф! -- воскликнул Билль. -- Да этот парнишка влюбился в тебя, или, может, это твой старый приятель?
-- Вы правы, Билль, -- возразил я. -- Он действительно мой старый знакомый. -- И я постарался коротко рассказать ему о том, что он начальник того отряда, которому Петеркин, Джек и я помогли спастись от преследовавших их врагов.
Тараро, вступив в оживленную беседу с Биллем и все время показывая на меня, рассказывал ему подробно о нашем знакомстве и встрече на Коралловом острове.
В это время мы услышали страшные крики: "Мао, мао!", что означало: "Акула, акула!" За ними последовал пронзительный вопль, прорвавшийся через сотни галдящих голосов. Кричали все туземцы, как плавающие в воде, так и сидящие на берегу. Мы быстро направились к тому месту, откуда неслись все возрастающие крики. Не успели мы подойти, как увидели расширенные, полные ужаса глаза одного из пловцов. Он беспомощно взмахивал руками и, не в силах больше кричать, громко хрипел. Спустя мгновение он скрылся под водой.
Немедленно спущенная лодка подоспела к тонувшему, и один из дикарей успел схватить его за руку, на минуту снова показавшуюся в воздухе. Но, увы, чудовище успело уже проглотить половину своей несчастной жертвы, и спасавшим удалось извлечь только верхнюю часть туловища.
В эту ночь, стоя на вахте, я вспоминал обо всех ужасах, свидетелем которых мне пришлось быть за это время. Кровь моя стыла при мысли, что это еще далеко не конец и будущее обещает мне мало хорошего.