«Жизнь проходит, – вечен сон...»
Жизнь проходит, – вечен сон.
Хорошо мне, – я влюблен.
Жизнь проходит, – сказка нет.
Хорошо мне, – я поэт.
Душен мир, – в душе свежо.
Хорошо мне, хорошо.
Отпадения
Отпадения в мире сладострастия
Нам самою Судьбой суждены.
Нам неведомо высшее счастие.
И любить, и желать – мы должны.
И не любит ли жизнь настоящее?
И не светят ли звезды за мглой?
И не хочет ли Солнце горящее
Сочетаться любовью с Землей?
И не дышит ли влага прозрачная,
В глубину принимая лучи?
И не ждет ли Земля новобрачная?
Так люби. И целуй. И молчи.
Мое прикосновенье
Мое прикосновенье,
Мой сладкий поцелуй —
Как светлое забвенье,
Как пенье вешних струй.
Воздушное лобзанье
До истощенья сил —
Как сладость приказанья
Того, кто сердцу мил.
Оно легко змеится
Вдоль тела и лица —
И длится, длится, длится,
Как будто без конца.
«Мой милый! – ты сказал мне...»
Мой милый! – ты сказал мне. —
Зачем в душевной глубине
Ты будишь бурные желанья?
Все, что в тебе, влечет меня.
И вот в душе моей, звеня,
Растет, растет очарованье!
Тебя люблю я столько лет,
И нежен я, и я поэт.
Так как же это, совершенство,
Что я тебя своей не звал,
Что я тебя не целовал,
Не задыхался от блаженства?
Скажи мне, счастье, почему?
Пойми: никак я не пойму,
Зачем мы стали у предела?
Зачем не хочешь ты любить,
Себя в восторге позабыть,
Отдать и душу мне и тело?
Пойми, о, нежная мечта:
Я жизнь, я солнце, красота,
Я время сказкой зачарую,
Я в страсти звезды создаю,
Я весь – весна, когда пою,
Я – светлый бог, когда целую!
Утренник
Я нарвал черемухи душистой,
Освеженной утреннею мглой.
Как в ней много пьяности росистой.
Милая, скорей окно открой'
Я тебя к тебе самой ревную,
Я тебя так тесно обовью,
И тебя цветами зачарую,
И тебя росою напою
Предо мною тонкая преграда,
Сквозь стекло видна твоя кровать
Нет, не надо твоего, не надо,
Дай тебя мне всю поцеловать!