Мой завет
Я не устану быть живым,
Ручей поет, я вечно с ним,
Заря горит, она – во мне,
Я в вечно творческом Огне.
Затянут в свет чужих очей,
Я – в нежном золоте лучей,
Но вдруг изменится игра,
И нежит лунность серебра.
А Ночь придет, а Ночь темна, —
В душе есть светлая страна,
И вечен светоч золотой
В стране, зовущейся Мечтой.
Мечта рождает Красоту,
Из нежных слов я ткань плету,
Листок восходит в лепесток,
Из легких строк глядит цветок.
Мгновений светлый водопад
Нисходит в мой цветущий сад,
Живите ж все, любите сон, —
Прекрасен он, кто в Жизнь влюблен.
Три страны
Строить зданья, быть в гареме, выходить на львов,
Превращать царей соседних в собственных рабов,
Опьяняться повтореньем яркой буквой я, —
Вот, Ассирия, дорога истинно твоя.
Превратить народ могучий в восходящесть плит,
Быть создателем загадок, сфинксом Пирамид,
И, достигши граней в тайнах, обратиться
в пыль, —
О, Египет, эту сказку ты явил как быль.
Мир опутать светлой тканью мыслей-паутин,
Слить душой жужжанье мошки с грохотом лавин,
В лабиринтах быть как дома, все понять,
принять, —
Свет мой, Индия, святыня, девственная мать.
Много есть еще созданий в мире Бытия,
Но прекрасна только слитность разных ты и я,
Много есть еще мечтаний, сладко жить в бреду, —
Но, уставши, лишь к родимой, только к ней
приду.
Самоутверждение
Я знаю, что Брама умнее, чем все
бесконечно-имянные боги.
Но Брама – Индиец, а я – Славянин. Совпадают ли
наши дороги?
О, Брама – Индиец, а я – Скандинав,
а я -Мексиканец жестокий,
Я – Эллин влюбленный, я – вольный Араб,
я – жадный, безумный, стоокий.
Я – жадный, и жить я хочу без конца, не могу я
насытиться лаской.
Не разум люблю я, а сердце свое, я пленен
многозвучною сказкой.
Все краски люблю я, и свет Белизны не есть для
меня завершенье.
Люблю я и самые темные сны, и алый цветок
преступленья.
Оранжевый, желтый, и красный огонь мне желанен,
как взор темно-синий.
Не знаю, что лучше: снега ли вершин или вихри
над желтой пустыней.
И стебель зеленый с душистым цветком —
прекрасен, прекрасна минута.
Не странно ли было б цветку объявить, что он
только средство к чему-то.
И если ты викинга счастья лишишь – в самом
царстве Валгаллы рубиться,
Он скажет, что Небо беднее Земли, из Валгаллы
он прочь удалится.
И если певцу из Славянской страны ты скажешь,
что ум есть мерило,
Со смехом он молвит, что сладко вино,
и песни во славу Ярила.
К славянам
Славяне, вам светлая слава,
За то, что вы сердцем открыты,
Веселым младенчеством нрава
С природой весеннею слиты.
К любому легко подойдете,
С любым вы смеетесь как с братом,
И все, что чужого возьмете,
Вы топите в море богатом.
Враждуя с врагом поневоле,
Сейчас помириться готовы,
Но, если на бранном вы поле,
Вы тверды и молча суровы.
И снова мечтой расцвечаясь,
Вы – где-то, забывши об узком,
И светят созвездья, качаясь,
В сознании Польском и Русском.
Звеня, разбиваются цепи,
Шумит, зеленея, дубрава,
Славянские души – как степи,
Славяне, вам светлая слава!