Ихъ люди, однако же, не были многочисленны: это не было множество, какъ множество племенъ, ибо узка была вершина горы, которая служила имъ крѣпостью.
И вотъ собрались всѣ племена, украсились они бранными доспѣхами, луками и щитами: не исчислить было драгоцѣнный металлъ ихъ доспѣховъ, и дивенъ былъ видъ ихъ владыкъ и ихъ предводителей; всѣ они были способны сдержать свое слово.
Истинно, истинно, всѣхъ мы убьемъ, говорили они, и этотъ Тогиль, онъ будетъ богомъ, которому мы станемъ молиться, если только онъ будетъ нашимъ плѣнникомъ.
Но хорошо зналъ Тогиль, что происходило, и знали объ этомъ мудрые Тигры. Они знали все, что рѣшалось на бранномъ совѣтѣ враговъ, ибо съ этой поры не было у нихъ ни сна, ни покоя.
Послѣ этого всѣ воители снялись съ мѣста и отправились въ путь, чтобы ночью взять приступомъ крѣпость. Но они не достигли этого; ибо всю ночь они пробыли въ дорогѣ, и тутъ посрамлены они были Баламомъ-Квитцэ и другими мудрыми.
Всѣ они сдѣлали привалъ, чтобы отдохнуть ночью въ пути, и не успѣли они замѣтить, какъ всѣ уснули. Послѣ этого имъ обрили ихъ брови и бороды ихъ; у нихъ взяли драгоцѣнный металлъ ихъ шейныхъ уборовъ, вмѣстѣ съ вѣнцами ихъ и другими украшеніями. Но изъ драгоцѣннаго металла они взяли только рукоятки ихъ палицъ; это было сдѣлано для того, чтобы унизить ихъ лица и уловить ихъ въ западню, въ знакъ величія народа Квичей.
Пробудившись, тотчасъ потянулись они за вѣнцами своими и за рукоятками своихъ палицъ; но не было болѣе ни серебра, ни золота на рукояткахъ, не было вѣнцовъ.
Кто же это насъ ограбилъ? Кто насъ такъ обрилъ? Откуда пришли похитить наше серебро и наше золото? Быть можетъ, это -- демоны, которые похищаютъ людей? Когда же перестанутъ они быть нашими страшилищами? Нападемъ на вершины ихъ города, и увидимъ снова ликъ нашего драгоцѣннаго металла; мы это сдѣлаемъ, повторяли всѣ племена; и по-истинѣ всѣ они были способны сдержать свое слово.
Но спокойствіе снизошло въ сердца приносящихъ жертву и обитающихъ на вершинѣ горы. Мудрые Тигры, собравши великій совѣтъ, возвели укрѣпленья на краю своего города, окружили его заставами и стволами деревьевъ.
Затѣмъ они сдѣлали фигуры, подобныя людямъ, и они ихъ размѣстили по закраинамъ крѣпости; дали имъ луки и щиты, возложили имъ на голову золотые и серебряные вѣнцы; все это возложили они на эти фигуры, на людей, сдѣланныхъ изъ дерева, разукрасили ихъ драгоцѣннымъ металломъ городовъ.