Въ Мексиканскомъ цвѣтномъ письмѣ лица женщинъ обыкновенно раскрашены въ желтый цвѣтъ -- краска Заката. Сочетаніе тьмы и сокровенной тайны съ женскимъ началомъ образно выражалось, между прочимъ, тѣмъ, что въ оградѣ великаго теокалли города Мехико былъ Домъ Тьмы, посвященный Матери-Землѣ, чье имя Цигуакоатль, Женщина-Змѣя. Другіе храмы этой богини описываются какъ подземные, темные, погребные, съ однимъ низкимъ входомъ, изваяннымъ иногда въ видѣ змѣиной челюсти. Лишь жрецы допускались въ эти потаенныя святилища, въ которыхъ совершались сокровенные обряды и поддерживался священный огонь.
-----
Какъ разсказываетъ Берналь Діазъ, образъ Тецкатлипоки, Дразнителя Двухъ Сторонъ, находившійся въ великомъ теокалли въ Мехико, поражалъ своими сіяющими глазами. Вмѣсто глазъ у него были металлическія зеркала. Этотъ богъ видѣлъ міръ -- чрезъ отраженье. Вѣчно наталкивая, магическими ухищреньями, правую сторону жизни на лѣвую ея сторону, онъ услаждался бореньемъ, и видѣлъ міровую жизнь какъ безпрерывную панораму смѣняющихся тѣней.
-----
Владыка сіяющаго обсидіановаго зеркала, чаровникъ, обольстившій Кветцалькоатля, Тецкатлипока, воплощалъ въ себѣ Ночь и ночное Небо, съ его миріадами звѣздныхъ зеркалъ. Такъ Ночь побѣждаетъ Вечернюю Звѣзду, втягивая ее въ свои черныя таинства. И освѣженная сумракомъ вдвойнѣ, возвратившись въ себѣ черезъ временное пребываніе въ тѣневыхъ тайнахъ, Вечерняя Звѣзда вдвойнѣ свѣтла, когда она восходитъ какъ Утреняя.
-----
Въ то время какъ обсидіановое зеркало было символомъ звѣзднаго культа, зеркало изъ полированнаго кремня надлежало культу солнечному. Кремневымъ зеркаломъ жрецы пользовались для концентраціи солнечныхъ лучей при возженіи священнаго огня, въ часъ полдня, въ дни весенняго равноденствія и лѣтняго солнцестоянія.
-----
На языкѣ Нагуатлей океанъ есть ilhuica-atl, небесная вода. Дождь и Океанъ принадлежали мужскому началу, Небу, тогда какъ колодцы, озера, ручьи, и рѣки -- началу женскому, Землѣ.
-----