-- Бѣдная женщина,-- тонко проговорилъ священникъ.-- Какое же средство нашли вы противъ ея несчастія?
-- Я согрѣшила,-- сказала герцогиня, -- думая найти для m-me Рошефильдъ другого красиваго, испорченнаго юношу, который заставилъ бы удалиться моего зятя.
-- Дочь моя,-- отвѣчалъ священникъ,-- мы сошлись здѣсь не ради покаянія, и не судить васъ пришелъ я сюда, а съ точки зрѣнія свѣта планъ вашъ можетъ имѣть успѣхъ...
-- Да, но средства мнѣ кажутся черезчуръ дурными,-- сказала герцогиня.
-- Отчего? Конечно, каждая христіанка должна скорѣе стараться удалить погибшую женщину съ ложнаго пути, чѣмъ толкать ее туда; но если это такъ-же немыслимо, какъ съ мадамъ Рошефильдъ, то рука человѣка безсильна -- подобныхъ грѣшницъ спасаетъ только Богъ. Чтобы обратить ихъ, нужны громъ и молнія.
-- Отецъ,-- продолжала герцогиня,-- благодарю васъ за снисхожденіе ко мнѣ. Мой зять честный бретонецъ, онъ положительно рыцарь по отношенію къ этой дамѣ. Если молодой вѣтренникъ согласится на любовь съ маркизой Рошефильдъ и поспоритъ съ Калистомъ, какъ бы не было дуэли...
-- Это глубокая мысль, герцогиня, она доказываетъ, что на кривомъ пути всегда встрѣчаются камни преткновенія,-- проговорилъ священникъ.
-- Но, дорогой аббатъ, можетъ быть, мнѣ удастся сдѣлать добро. Удаляя маркизу Рошефильдъ съ рокового пути, на которомъ она стоитъ теперь, я возвращу Калиста женѣ, и возможно, что спасу отъ мученій ада бѣдное заблудшее созданіе...
-- Къ чему же вамъ мой совѣтъ?-- улыбаясь говорилъ священникъ.
-- Ахъ,-- возражала герцогиня,-- все же придется прибѣгнуть къ некрасивымъ средствамъ.