– А как она поступает? – с любопытством спросила жена следователя.
– Она написала тысячу любовных записок…
– Так много?.. – вскричала г-жа Камюзо, перебивая герцогиню.
– И подумайте, дорогая, там не найти ни одной фразы, которая бы ее опорочила…
– Вы были бы неспособны соблюсти такое хладнокровие, такую осторожность, – отвечала г-жа Камюзо. – Вы настоящая женщина, один из тех ангелов, что не могут устоять перед дьявольским…
– Я поклялась никогда более не прикасаться к перу. Во всю мою жизнь я писала только лишь несчастному Люсьену… Я буду хранить его письма до самой смерти! Душенька, это огонь, а мы в нем порою нуждаемся…
– А если их найдут? – сказала Камюзо, чуть жеманясь.
– О, я скажу, что это переписка из начатого романа! Ведь я сняла с них копии, дорогая, а подлинники сожгла!
– О, мадам! В награду позвольте мне их прочесть…
– Возможно, – сказала герцогиня. – И тогда вы, дорогая, убедитесь, что Леонтине он не писал таких писем!