– Я думаю, что вы, конечно, сбережете его капиталы! – сказал Баркер. – Уверен в том! Они уже брошены на зеленое сукно биржи.
– Мое личное состояние зависит…
– … от того, удастся ли вам создать видимость их потери, – сказал Баркер.
– Сударь!.. – вскричал Серизе.
– Послушайте, дорогой господин Серизе, – сказал холодно Баркер, перебивая Серизе. – Вы оказали мне услугу, облегчив получение денег у должника. Будьте любезны написать письмо, в котором вы сообщаете, что передаете мне эти ценные бумаги, учтенные в пользу д'Этурни, и что судебный исполнитель при взыскании обязан считать предъявителя письма владельцем этих трех векселей.
– Угодно вам назвать себя?
– Никаких имен! – отвечал английский капиталист. – Пишите: «Предъявитель сего письма и векселей…» Ваша любезность будет хорошо оплачена…
– Каким образом?.. – спросил Серизе.
– Одним-единственным словом. Вы ведь не собираетесь покинуть Францию, не так ли?
– О нет, сударь!