-- Намъ предстоитъ жить вмѣстѣ, притомъ жить дружно,-- продолжаетъ Каролина.-- Ну, и будемъ жить, какъ братья, какъ товарищи. А вовсе не желаю создавать для тебя невыносимое существованіе, и не буду больше говорить о томъ, что произошло...
Адольфъ протягиваетъ руку Каролинѣ, она ее беретъ и пожимаетъ на англійскій манеръ. Адольфъ благодаритъ Каролину, видитъ впереди возможность счастья; разъ что жена превращается въ сестру, онъ можетъ считать себя холостякомъ.
На другой день Каролина позволяетъ себѣ чрезвычайно остроумный намекъ на дѣло Шомонтеля, такъ что самъ Адольфъ не можетъ удержаться отъ смѣха. Въ обществѣ она пускается въ обобщенія, которыя смахиваютъ на личности по поводу этой послѣдней ссоры.
Недѣли черезъ двѣ не проходитъ дня, чтобы Каролина не упомянула, такъ или иначе, на эту послѣднюю ссору, въ такомъ родѣ:
"Это было въ тотъ день, когда я нашла у тебя въ карманѣ счетъ по дѣлу Шомонтеля"; или: "Это случилось ужь послѣ нашей послѣдней ссоры" или: "Съ тѣхъ поръ какъ я ясно увидѣла, что такое жизнь"... и т. д. Она мучитъ Адольфа, рѣжетъ его безъ ножа! Въ обществѣ она изрекаетъ ужасныя вещи, напримѣръ:
-- Милая моя, мы только съ того дня и бываемъ счастливы, когда перестаемъ любить: потому что тогда ужь мы знаемъ, какъ заставить другихъ любить насъ...
И она оглядывается на Фердинанда.
-- Ага! И у васъ тоже бываютъ дѣла съ Шомоптелемъ?-- говоритъ она г-жѣ Фульнуантъ.
Словомъ, послѣдняя ссора никогда не прекращается, изъ чего вытекаетъ слѣдующая аксіома:
Провиниться противъ своей законной жены, все равно, что рѣшить задачу вѣчнаго движенія.