Жюли.-- Мадемуазель?! Развѣ я -- больше не просто Жюли для васъ? Говорите, говорите скорѣй, вѣдь у васъ все устроилось съ папа?
Минаръ.-- Вашъ батюшка оказалъ мнѣ большое довѣріе, онъ открылъ свое положеніе и сказалъ...
Жюли.-- Кончайте, кончайте-жь!
Меркадэ.-- Что мы совсѣмъ раззорены!
Жюли.-- И это признаніе нисколько не измѣнило вашихъ намѣреній, вашей любви, вѣдь такъ, Адольфъ?
Минаръ (съ ужасомъ).-- Моей любви...?! (Меркадэ тайкомъ хватаетъ его за руку). Я обманулъ бы васъ, мадемуазель Жюли (говоря съ усиліемъ) еслибы сказалъ, что намѣренія мои остались тѣми-же.
Жюли.-- Это невозможно, это не вы говорите!..
Г-жа Меркадэ.-- Жюли!
Минаръ.-- Есть люди, которымъ бѣдность придаетъ еще болѣе энергіи; такіе люди были бы невыразимо счастливы, еслибъ могли каждый день, каждый часъ доказывать свою преданность работой, заботами о любимомъ существѣ. Они живутъ для одной радостной улыбки... (Принуждая себя) но я... не принадлежу къ нимъ... боязнь нищеты убиваетъ меня... я.. я не въ силахъ буду видѣть ваше несчастіе.
Жюли (съ рыданіемъ бросается Maman, maman!