-- Въ чемъ дѣло? спросилъ Поль, отходя съ нотаріусомъ къ угловому окошку зала.
-- Послушайте, графъ! отвѣчалъ почтенный г. Матіясъ, онѣ вѣдь не даютъ ни гроша почти въ приданое! Я думаю, что лучше отложить дѣло наше до другаго раза, авось можетъ быть вы сыщете получше себѣ партію.
-- Monsieur Роль, позвольте мнѣ также сказать вамъ два слова съ моей стороны, сказала Натали, подходя къ окну, гдѣ разговаривалъ Матіясъ съ графомъ.
Мадамъ д'Егмонти хотя и имѣла, по видимому спокойную наружность, но никогда еретикъ среднихъ вѣковъ такъ ужасно не мучился въ котлѣ наполненнымъ горячимъ масломъ, какъ въ эту минуту страдала она въ своемъ фіолетовомъ бархатномъ платьѣ. Солоне хотя и ручался ея свадьбу ея дочери, во мадамъ д'Егмонти не имѣлъ достаточно средствъ для достиженія своей цѣли, не знала какъ бы успѣшнѣе покончить дѣло ея съ Полемъ, -- сердце ея билось, она страдала, мучилась, но не долго -- тотчасъ же все бремя горести спало съ сердца ея, и лице ея просіяло явною улыбкою. Такую перемѣну, такую неожиданную побѣду не должна ли была приписать дочери своей? Натали, видя все то, что происходило въ сердцѣ матери ея, такъ умѣла заинтересовать собою Поля, что онъ отъ восторга не зналъ уже какъ ему величать суженую свою", онъ ее называлъ и душечкой, и пташечкой и земной богиней, и разными другими ласковыми словами. Какъ же ловко и умно должна она была скокетничать, чтобы съ такимъ вѣрнымъ успѣхомъ вскружить голову бѣдному Полю?... Таковы впрочемъ женщины, онѣ съ большимъ искусствомъ умѣютъ нападать на слабую сторону нашего сердца.
-- Поль, сказалъ Натали тихимъ голосомъ, подходя къ графу, который разговаривалъ у окна гт. Матіясомъ (нужно замѣтить, что она здѣсь въ первый разъ назвала его -- Полемъ) если встрѣтятся такія препятствія, которыя, быть можетъ, разлучатъ насъ, то будьте увѣрены; что я всегда буду готова снять цѣнъ съ сердца вашего и предать забвенію всѣ прежнія наши отношенія!...
Поль не зналъ, что на это отвѣчать; нѣжно взглянувъ на мадемуазель Натали, онъ взялъ ея руку и нѣжно поцѣловалъ ее; послѣ чего Натали, какъ бы стыдясь такой любезности графа, вышла изъ комнаты.
-- Ахъ! какой вы вѣтреникъ, графъ, сказалъ Матіясъ, подходя къ Полю, что вы теперь за глупость сдѣлали, -- ахъ! молодость! молодость!...
Поль задумался; мысленно пересчитывалъ онъ богатство свое и досчиталъ до 150,000 ливровъ дохода, зная, что больше половины онъ долженъ будетъ убить на прихоти своей любезной Натали. Человѣкъ, какъ бы онъ страстно влюбленъ не былъ, не охотно согласится издерживать по 75,000 ливровъ въ годъ на нѣжно возлюбленную подругу свою!... Но въ самомъ дѣлѣ, -- что чувствовалъ въ себѣ Поль, когда намѣревался жениться на такой женщинѣ, у которой роскошь обратилась въ привычку?
-- Моей Натали здѣсь нѣтъ, сказала мадамъ д'Егмонти, подходя къ разговаривающимъ у окна Полю и Матіясу, не можете ли вы сказать мнѣ, что тутъ такое случилось?
-- Сударыня, отвѣчалъ нотаріусъ, испугавшись задумчивости и молчанію Поля, вы спрашиваете, что случилось? Случилось, я вамъ скажу то, что непремѣнно требуетъ отсрочки нашего съ вами лѣта....