-- Бросьте эти пустяки, женитесь скорѣе -- тогда и дѣло будетъ въ шляпѣ! сказалъ увѣщательнымъ голосомъ Солоне.
-- Пустяки! гм... вы называете пустяками то, когда заботятся объ интересахъ отца, матери и будущаго потомства! съ гнѣвомъ отвѣчалъ Матіасъ.
Мадамъ д'Егмонти снова явилась въ залу: лице ея приняла болѣе спокойный видъ; она твердо была увѣрена въ любви графа къ дочери ея.
-- Да, началъ Поль, я всегда буду раскаяваться въ томъ, что прежде жилъ такъ роскошно, но видитъ небо, теперь я не думаю о себѣ; въ Ланстракѣ я стану жить тихо и скромно... но тогда мадемуазель Натали должна прощаться съ роскошью и прихотями, къ которымъ она такъ привыкла. Въ Ланстракѣ мы можемъ ужиться хорошо и безъ безрасчетныхъ причудъ.
-- Да откуда же мужъ мой почерпалъ милліоны? спросила мадамъ д'Егмонти.
-- Какъ, сударыня, откуда; отвѣчалъ съ живостію Матіясъ; мужъ вашъ наличнымъ капиталомъ дѣлалъ обороты, игралъ въ комерческую игру на большую ставку, выигрывалъ, быть можетъ, разъ по 8 въ мѣсяцъ... У насъ капиталъ въ банкѣ на процентахъ; онъ не въ рукахъ у насъ, а проценты съ него намъ ежегодно идутъ!
-- Дѣло можно еще уладить, сказалъ спокойнымъ голосомъ Солоне.
При словахъ: "дѣло можно еще уладить", всѣ замолчали и вопросительно взглянули на молодаго нотаріуса.
-- Мадамъ д'Егмонти, сказалъ онъ послѣ нѣкотораго молчанія, можетъ уступить вамъ хоть сегодня же пятипроцентовыя облигаціи и продать свои домъ. Изъ этого всего, продавая по частямъ собственность нашу, я берусь выручить триста тысячъ франковъ. Изъ этой суммы мадамъ д'Егмонти дастъ вамъ 150,000 франковъ, такъ что вы получите всего около 950,000... Будьте увѣрены, что такой невѣсты вамъ не съискать во всей Франціи.
-- Все это прекрасно, возразилъ Матіясъ, но что будетъ съ мадамъ д'Егмонти.