-- Если вы ищете, возразилъ Солоне, равнаго состоянія, то ясно, что мы не можемъ противопоставить вамъ трехъ милльоновъ.
-- Если пожертвованія мои ни къ чему не послужатъ, вскричала м. д'Егмонти, то не желая продолжать болѣе подобнаго спора и полагаясь на скромность графа, я отказываюсь отъ чести, которую онъ сдѣлалъ намъ, предлагая свою руку моей дочери!
Послѣ этаго расчитаннаго сраженія, или лучше сказать, столкновенія обоюдныхъ интересовъ, гдѣ сильная сторона все болѣе и болѣе поддавалась слабѣйшей, всѣ бывшіе въ залѣ рѣшились вести дѣло къ концу, дѣло, которое всего болѣе интересовало мадемуазель Натали, ибо она не переставала любить графа.
Поль выслушавъ внимательно послѣднія слова вдовы, вскричалъ встревоженнымъ голосомъ: "Какъ! въ одну минуту вы можете расторгнуть.... бракъ.... вы такъ будете жестоки?..."
Monsieur Поль, я въ этомъ отвѣчаю только передъ моею дочерью, и когда ей будетъ 21 годъ.... она приметъ мой отчетъ и выдастъ мнѣ квитанцію. Она будетъ владѣть милльономъ.... и можетъ пожалуй выбрать себя жениха между перами Франціи.
-- Матіясъ! вскричалъ графъ, ты погубилъ меня!... И со елевой навернувшейся на рѣсницѣ его, онъ подошелъ къ старому своему нотаріусу. Старикъ видѣлъ, что молодому влюбленному его кліенту, хочется тотчасъ же подписать контрактъ; жестомъ принудилъ онъ графу подавить неумѣстную слезу. Слова: Перъ Франціи надоумили прозорливаго Матіаса: всякое слово хитраго Солоне понималось имъ.
Черезъ нѣсколько минутъ мадемуазель Натали вошла въ комнату; и подходя къ матери, она съ наивностью спросила:
-- Не лишняя ли я здѣсь?
-- Къ несчастю, очень лишняя мой другъ, грустно отвѣчала ей мать.
-- Пойдемте, сядемте вмѣстѣ, ma chère, сказалъ графъ, взявъ ее за руку и усаживая ее на диванъ, -- теперь все кончено, все улажено!...