Во взорах Лили Фрэнк видел то, что он считал одобрением -- не непристойными обещаниями, а дружеским пониманием. Среди этих людей вне закона она по виду и по поступкам единственная была чиста, как расцветающая водяная лилия.
Фрэнк решил поговорить с ней наедине и поэтому назначил постоянное ночное дежурство, поставив каждого человека на особый пост. Самый дальний был поручен Дэйву Татту.
Дэйв угрюмо отказался от этой обязанности. Но, подумав, понял, что сейчас лучше всего будет уступить власти, которую он сам же сотворил, и выразил готовность приступить к своим обязанностям.
В миле от лагеря охотники добыли несколько жирных антилоп. Если бы не ожидание атаки, то жизнь в лагере была бы довольно весёлой.
Опустившаяся ночь была не такой ясной, как предыдущая, поскольку по небу проносились облака, которые постоянно скрывали луну. Часовые стояли на своих постах, сменщики легли спать, пока не пришла их очередь. Внутри частокола всё затихло.
Сейчас Фрэнк Старк решил, если это возможно, выяснить, как Лили к нему относится. Если, как он надеялся, ей было приятно его отношение к Дэйву Татту, он хотел признаться, что испытывает к ней нечто большее, чем простой интерес.
Он подошёл к отдельному жилищу, которое он построил для неё, и увидел, что она сидит на импровизированной скамье, которую он сделал для неё. Тихим голосом он спросил, не желает ли она взглянуть на реку.
-- Спасибо, сэр, вы были так добры ко мне. Я буду рада, -- был её ответ.
Она последовала за ним к той части частокола, где, встав на скамью из дёрна, они могли посмотреть на реку и на покрытые кустарником островки.
После того, как они пришли, Фрэнк молчал две-три минуты, позволив ей смотреть на воду и прерии и не прерывая её мечтаний. Даже в его грубом характере, преступном и полном зла, таилось уважение к чистоте. Это уважение заставляло его молчать, пока она сама не заговорила. Наконец до его ушей донёсся её голос.