Рассказ произвел впечатление: заговорили о кликушах, о колдунах, колдуньях, которые "напускают порчу" на женщин. Но нашелся один скептик, Пашка-маляр, еще довольно молодой человек, который заметил, хотя и не совсем уверенно, что "колдунов, гляди, никогда на свете не бывало, все это выдумки".
Чертопхай, дымивший в уголке цыгаркой, горячо заступился за колдунов и рассказал интересный в бытовом отношении случай, как один колдун испортил молодую, только что вышедшую замуж женщину, и как ему за это мужики всем миром "отмяли" бока кулаками.
В тот же вечер я познакомился с Чертопхаем. Потом мы с ним нередко пили чай вместе, и тогда я узнал, что он вовсе не Чертопхай, а Гаврила Семеныч Охотнов, родом из Костромской губернии, Чертопхаем же его прозвал один торговец на Сухаревке. У Гаврилы Семеныча тогда была ручная тележка, на которой он перевозил небольшие тяжести, чем и кормился. Чтобы привести тележку в движение, надо было пхать ее вперед, и это обстоятельство, по объяснению Гаврилы Семеныча, дало повод торговцу прозвать его Чертопхаем. Теперь тележки у Гаврилы Семеныча давно уже не было и он перебивался кое-чем: поденной работой, продажей на улице цветов и в общем жил голодно и холодно.
Потом, когда "Низок" закрылся, я потерял из виду многих из своих знакомых по харчевне, потерял и Гаврилу Семеныча, и только прошлым летом (1927 г.) случайно встретился с ним на Смоленском рынке. Мы пошли в трактир и сели за чай.
Жизнь Гаврилы Семеныча не изменилась к лучшему: по-прежнему приходятся ему перебиваться случайной работенкой и по-прежнему не всегда приходится быть сытым.
Во время нашего чаепития к нам подсел знакомый Гаврилы Семеныча, человек одного с ним типа, находившийся "в подвыпитии" и искавший желающего добавить полтинник к имевшейся у него сумме, чтобы вместе "раздавить половинку". Мы с Гаврилой Семенычем добавили. После того, как половинка была раздавлена, разговор пошел веселее и интереснее. И тут снова я услышал от Гаврилы Семеныча о колдунах, ведьмах; впрочем, речь о них завел я. Потом, продолжая беседовать, дошли мы до Распутина и Николая Романова.
К сожалению, нашей беседе мешал знакомый Гаврилы Семеныча: у него явился позыв "дерябнуть" еще, а денег не было "ни копья", и он принялся приставать к нам, чтобы мы "сообразили" еще "половинку". "Сообразить" ее мы не могли, и он стал обходить трактирных посетителей, выпрашивая "на хлеб". Но и тут постигла его неудача: его отовсюду гнали. Он с досады пошел "крыть матом" направо-налево и кончилось это тем, что его выпроводили из трактира "с зашейным маршем", т. е. вытолкнули взашей. И нас попросили оставить заведение, потому что мы, по объяснению полового, "компаньены этого холюга-на". Чтобы избежать скандала, нам пришлось оставить трактир.
Я записал рассказ о колдунах и ведьмах и легенду о Распутине, царице и Николае Романове. Рассказ оставляю себе, а легенду сообщаю вам.
* * *
Как залез Распутин в дворец, каким средством нашел он туда дорогу, в точности не знаю. Слышал, будто одни генерал обнаружил его и привез у наследника кровь унимать. А наследник совсем хилый был -- носом кровь шла. И какие только доктора не лечили, и чего-чего только не делали! По заграницам возили и профессорам показывали, а все никакой помощи, никакого облегчения! И совсем пропадает царенок. Тут генерал и привез Распутина.