— Кузя! Она всегда такая шальная, ваша Сватья?
— А что, сухо было?
— Вот как здесь, на горке.
— Бывает. Не каждый год, а бывает.
— Ведь на самой середине шурфы пробивал — никакой воды! Точно каналом была отведена. Это она после дождей взбесилась.
Походяшин еще не понимал того, что случилось, и просил попробовать пески на берегу.
— Да ведь зря, Максим Михайлович.
— А вдруг…
— То-то что вдруг не бывает. Тут пустой нанос. Сколько я тысяч проб зря переделал, пока наугад искал… Ну, ладно, помоем. Я хоть механику вам покажу, как ковшом действовать.
Они спустились к речке и до самого вечера пробовали пустые пески. У Походяшина с непривычки деревянела рука, немели ноги от сиденья на корточках, но он азартно мыл ковш за ковшом и всё ждал: не блеснет ли на мокром дне золотинка!