— Как тебя зовут? — допытывался Ярцов.
— Чумпин, Степан, — откликнулся манси.
— Крещеный?
— Да, — и показал маленький крестик на ремешке.
— Не страшно у них ночевать? — вполголоса спросил шихтмейстер у Мосолова.
— Нет, — решительно заверил приказчик. — Самый безобидный народ.
Впереди между стволами заблестела вода. Баранча показалась. Начался крутой спуск.
Первыми встретили гостей собаки. Четыре пса без лая примчались навстречу, обнюхали людей, лошадей. Остромордые, уши пнем торчат, хвост кольцом на спину, глаза живые и умные. Обнюхали — и умчались вперед, докладывать.
Зимовье всего из пяти маленьких бревенчатых избушек, крытых дерном, таких низких, что можно сорвать любой цветок, выросший на крыше. Перед дверьми каждой избушки дымный костер.
Двое манси мужчин вышли из избушки. Они назвали свои русские имена — Яков Ватин и Иван Белов. Значит, крещеные.