Стал опять сам делать пробу. Для точности изменил немного способ: навески увеличил вдвое, вместо свинца взяли глету, буру прибавлял не сразу, а частями.
Все равно — в белой чашечке серебра не являлось.
Тогда Гезе принес кусок немецкой руды. «Из Верхнего Гарца», — сказал фон-дер-Пален. — Тем же способом попробовал эту руду. Шарик серебра получился. А руда Юлы давала все тот же тусклый серый налет.
На восьмой пробе рудознатец остановился.
— Кейн зильбер-эрц, — повторил он строго, словно приговор произнес.
22. Чумпине вспомнили
Среди зимы шел обоз на гору Благодать. Снег лежал глубокий — до самых засечек на деревьях, а их летом делали на уровне плеча. Люди протаптывали дорогу перед лошадьми. Обоз тянулся медленно.
Два молодых чиновника на лыжах побежали вперед. Дорога шла поперек горного склона, так что правая лыжа была немного выше левой.
Чиновники убежали далеко от обоза, когда первый из них, в красном полушубке, вдруг резко откинулся назад и сел между лыж, стараясь остановиться. Второй, в черном полушубке, налетел на первого, соскочил с лыж и провалился по пояс.
— Эх, ты!.. — закричал он с веселым смехом, — туда же первым следом… — И голос его осекся: он понял, что испугало товарища.