Чумпин шел два дня по хребту, и горы становились все выше и выше.
На лесистых вершинах встречался снег. Однако и за крутыми горами, на большой высоте попадались зыбкие торфяные болота. Приходилось через них пробираться ползком, с длинным шестом у бока.
Ночи спал на «полатях» — это охотничья постель из жердей и ветвей на кольях. На земле под полатями разводил дымный огонь и так коптился всю ночь. Зато мошки и комары не лезли и зверь не подходил.
В глубокой мглистой долине начался кедровник. Здесь тогда оставлял его отец. Вот и кат-пос сохранился на коре. Раз, два, три… три чужих кат-поса рядом. Три человека приходили сюда после них, все с собаками. По человеку в год. Не часто же навещают вогулы большого Чохрынь-ойку!
Прошел через священный кедровник. Просторно между широкими стволами, каждый в три обхвата. Вспугнул красного, как осенние листья, козла, тот убегал неторопливо, оглядываясь на охотника. У опушки взлетел с треском выводок рябчиков. Пестрые птицы расселись на ветвях, попискивают, тянут к человеку шейки. Степан не снял с плеча лука: здесь нельзя охотиться.
Ветви кедров спускались ниже, лес стал гуще, появились сосны и лиственный подлесок. Охотник шел осторожными шагами-за сажень неслышно. Приглядывался к лесным приметам.
Вот остановился. Ничего он не заметил, но чутьем, более тонким, чем звериное, понял — тут опасность! И только занес ногу для следующего шага, как что-то тяжелое, длинное со свистом промелькнуло у самой щеки и ударилось в сосну, сзади. «Самострел!» — догадался манси. И верно, в кустах был насторожен самострел из цельного молодого дерева. Вот и шнурок в траве, — задев ее он спустил тетиву. И как не заметил?! Плохой охотник, плохой! Правда, насторожили самострел тоже манси-охотники. Не для охоты насторожили — для охраны Чохрынь-ойки от чужих.
Стрела больше походила на копье — палец толщиной. Ишь, воткнулась! Лося на месте валит такая. Ржавый железный наконечник глубже, чем наполовину впился в сосну. На одну бы ладонь полевее, так и не дошел бы Чумпин до Чохрынь-ойки!
О прошедшей опасности манси долго думать не умеет. Чумпина даже обрадовало приключение. Во-первых, значит, Чохрынь-ойка близко, раз так охраняется место. Во-вторых, ясно, что духи лес согласны на мирную сделку, щадят его для чего то.
Еще два самострела встретил Чумпин и осторожно обошел их, а там увидел высоко над землей капище Чохрынь-ойки.