— Смотри, — показывал, усердствуя, Чумпин и приложил свой нож к черному выступу. Нож повис.
— А если топор? — заинтересовались русские.
Принесли топор, попробовали. Прилип к выступу и топор.
Чумпин радовался, как ребенок. Какую гору он подарил русским! Нигде такой больше не найдется.
Внизу рудокопы уже начали копать ров. Звон лопат, стук кайла впервые разнесся по лесу.
Чумпин представил, как прислушиваются к этим звукам бобры на Кушве, и покачал головой. Зачем так шуметь? Теперь целую неделю звери вокруг горы будут настороже. Плохие охотники русские! Разве им не нужна дичь?
Десять дней проработали разведчики на железной горе. За это время Куроедов-ойка записал в книжку все породы деревьев, какие нашел поблизости, ученики измерили гору, а рудокопы пробили крестообразно два глубоких рва вдоль и поперек горы и еще выкопали отдельно одну яму в шесть аршин глубины.
Кончив работу, русские стали собираться домой. А Куроедов-ойка позвал Чумпина и стал расспрашивать о дороге за хребет, на реку Чусовую. Манси назвал целый ряд имен речек: Яльпинг-я, Сяалин-я, Пассер-я…
— Постой, — сказал Куроедов, — а по-русски как эти «я» называются?
— Яльпинг-я — Святая река, русские зовут ее Баранчей.