Триэрн. Крайтон, мне очень жаль, но, разумеется, я должен идти с ними.
Крайтон. Разумеется, сэр.
Он зовет Твини, и она появляется из-за хижины. Затаившись там, она наблюдала за происходящим.
Крайтон. Иди, Твини (подводит ее к Триэрну). Мы встретимся очень скоро, Твини. Спокойной ночи, сэр.
Триэрн. Спокойной ночи. Едва ли они ушли далеко.
Крайтон (раздумчиво). Они пошли на запад, куда дует ветер, а это значит, что природа уже все взяла в свои руки. Все они голодны, сэр, а суп вот-вот закипит (он снимает с котелка крышку). Ветер понесет запах с собой. Этот котелок говорит голосом природы, мистер Триэрн. Это очень громкий голос. Спокойной ночи, сэр.
Триэрн. Спокойной ночи.
Он уходит, вместе с Твини, какое-то время слышны их шаги. Крайтон стоит с крышкой в руке, словно забыл, по какой причине снял ее с котелка. Он взволнован до глубины души, будто изменил своим принципам. Но вера, что природа все решит сама, крепка, как и прежде. Вот Крайтон и начинает готовиться к ночи. Зажигает фонарь, одно из считанных сокровищ, достав ленных на берег, набивает трубку крошками табака, найденными в различных карманах. Потом его тревожит движение какого-то животного в траве. С фонарем в одной руке и саблей в другой он обходит хижину. Возвращается, раскуривает трубку, садится у костра. Огонь подсвечивает красным его лицо, волевое и немного зловещее. Шум прибоя усиливается. Костер — единственное световое пятно в кромешной тьме.
Раз или два, как того требует природа, Крайтон наклоняется к котелку, помешивает варево и запах уносится на запад. Потом продолжает молчаливую вахту.
Появляются новые тени. Не те, что отбрасывает огонь. Спасшиеся в кораблекрушении возвращаются. Один за другим усаживаются у костра. Протягивают к огню руки. Нет только леди Мэри. Но появляется и она, сцепив зубы, встает у дерева. Нет сомнений, что и ей не устоять против природы.