– Как же мы без него найдем дорогу?
– Ну, тогда мы полетим дальше.
– В том-то и ужас, что нам придется лететь все дальше и дальше. Мы же не знаем, как нам остановиться.
И это было в самом деле так. Питер позабыл показать, как надо останавливать полет.
– Уж на самый худой конец, – сказал Джон, – мы будем лететь, и лететь, и облетим Землю – она же круглая, – и вернемся домой с другой стороны.
– А кто будет нас кормить?
– Мы сами. Видала, как я ловко отнял добычу у орла?
– Да-а. С двадцатой попытки. И если даже мы сами научимся добывать еду, гляди, как мы неуклюже летаем – вечно натыкаемся на облака, если Питера нет рядом и никто не ведет нас за руки.
И действительно, они все время налетали на облака, и царапались о них, и наставляли себе синяки и шишки.
Питер иногда улетал от них, потому что умел летать гораздо быстрее. Иногда он вдруг раз – и скроется из виду. Какие-то у него там происходили свои приключения, о которых он им не находил нужным рассказывать. А случалось и так, что, возвратившись, он как-то странно смотрел на них, точно успевал забыть, кто они такие. У него делались какие-то чужие, неузнающие глаза. Венди даже однажды перепугалась и крикнула ему: