В глазах и голосе веселость и неистощимая надежда.
— Самый неприятный элемент, еще потом сослуживцы подтрунят. — И, не взглянув, спросил нарочито грубовато:
— Ну, что?
Ах бывало, не раз бывало воплощалась она в воображении, покорная всем желаниям и теперь еще неловче смотреть на красивые открытые плечи.
— Ну, что?
— Вот тут ведомость подписать.
И встала слишком близко, можно бы и подальше. Хочется подписать поскорей, но ведомость интересная, умело бегут глаза по графам и цифрам.
— А почему здесь не показан средний оборот вагона?
Низко заклубились томящие темные волосы и нужно поднять, только поднять голову и окунуться в ждущие глаза: инженер Воробьев — завидная партия.
— Ах, подождать, не подписывать, пусть стоит возле, еще, еще! — Но больше нельзя, все разъяснено, ведомость подписана и нет уже Тамары Петровны.