Велюзекъ мнѣ говорилъ, что для постановленія границы на мѣстахъ будетъ высланъ изъ Пекина очень важный сановникъ на Уссури, а потому нужно, чтобъ и съ нашей стороны было назначено важное лицо; поэтому я пишу къ князю, что не угодно ли будетъ поручить это дѣло Приморскому военному губернатору Казакевичу, который теперь находится въ Петербургѣ и поспѣетъ къ устью Уссури въ концѣ апрѣля, если выѣдетъ изъ Петербурга по послѣднему зимнему пути; если же встрѣтится затрудненіе быть Казакевичу, хотя ему лучше всего устанавливать границы своей области, то можно уполномочить генералъ-маіора Буне; во всякомъ случаѣ, не поскупитесь прислать курьера съ извѣщеніемъ объ этомъ, какъ только пріѣдетъ къ вамъ Белюзекъ.
Всего болѣе радуюсь, конечно, я успѣхамъ Игнатьева: онъ меня лично освободилъ отъ каторжной работы и, можетъ быть, смерти; я бы не выдержалъ здѣсь и одного мѣсяца лишняго противъ того, что себѣ назначилъ, т. е. начала января.
Игнатьевъ, по письму его ко мнѣ, надѣется быть въ Петербургѣ къ 1-му января, а я буду, вѣроятно, къ 31-му.
Обнимаю васъ отъ всего сердца и остаюсь искренно васъ уважающій и душевно вамъ преданный.
160. Господину управляющему дѣлами Сибирскаго комитета.
(1860 г., 24-го декабря, No 6017. Иркутскъ.)
Высочайше утвержденнымъ въ 3-й день февраля 1859 года журналомъ Сибирскаго комитета, состоявшимся 19-го января и сообщеннымъ мнѣ вашимъ превосходительствомъ въ выпискѣ отъ 4-го февраля текущаго года, постановлено: "дозволеніе частной золотопромышленности въ Пріамурскомъ краѣ пріостановить до 1862 года, предоставивъ мнѣ въ теченіе этого времени составить и представить на разсмотрѣніе Сибирскаго комитета проектъ правилъ, на основаніи коихъ она можетъ быть тамъ разрѣшена съ 1862 года."
Во исполненіе таковой Высочайшей воли, нужныя для предначертанія проекта данныя и свѣдѣнія мною собраны и приведены въ систематическій порядокъ. Но прежде окончательнаго разсмотрѣнія я призналъ, по мѣстнымъ обстоятельствамъ края, за необходимое войти въ ближайшее соображеніе тѣхъ условій, которыя сопровождаютъ частную золотопромышленность въ Восточной Сибири, и которыя должны сопровождать ее неминуемо и въ Пріамурскомъ краѣ.
Въ отношеніи моемъ къ вашему превосходительству, отъ 5-го ноября 1858 года No 5053, по предмету раскрытія Пріамурскаго края для частной золотопромышленности съ 1862 года, я объяснилъ въ подробности соображенія мои о необходимости пріостановитъ тамъ золотой промыселъ до означеннаго 1862 года.
Главнѣйшими причинами къ подобному пріостановленію были тѣ, что Забайкальская область, кромѣ постояннаго снабженія продовольствіемъ мѣстнаго Горнаго и Военнаго вѣдомствъ и частнаго золотого промысла, должна еще временно доставлять это продовольствіе для войскъ на Амурѣ и для тамошняго казачьяго переселенія впредь до того времени, пока казаки, съ устроеніемъ на новыхъ мѣстахъ своего хозяйства, будутъ имѣть возможность собственнымъ хлѣбопашествомъ обезпечить мѣстную потребность Пріамурской страны. Обстоятельство это, съ посредственнымъ въ 1858 году урожаемъ хлѣбовъ въ Забайкальской области, вынудило разсрочить даже переселеніе казаковъ на Амуръ на 1859, 1860 1861 года. Съ разрѣшеніемъ же частнаго золотого промысла на Амурѣ явится новая необходимость въ заготовленіи значительныхъ хлѣбныхъ запасовъ, и въ Забайкальской области возникнетъ на хлѣбъ торговая конкурренція, невыгодная для казны и вредная для успѣха заселенія края на Амурѣ.