Отношеніемъ отъ 11-го числа настоящаго мѣсяца за No 13, я имѣлъ честь покорнѣйше просить ваше превосходительство о поспѣшной присылкѣ ко мнѣ копій съ заключенныхъ Россійскою имперіею съ Китайскимъ государствомъ трактатовъ, и въ то же время сообщилъ вашему превосходительству о возникшей въ настоящее время перепискѣ съ Китайскимъ правительствомъ по дѣлу о разграниченіи.
Препровождая нынѣ сказанную переписку въ четырехъ засвидѣтельствованныхъ копіяхъ, долгомъ считаю присовокупить, что полученный мною листъ изъ Китайскаго Трибунала Внѣшнихъ Сношеній въ нашъ Правительствующій Сенатъ былъ мною вскрытъ на основаніи права, дарованнаго мнѣ Высочайшею инструкціею, утвержденною Государемъ Императоромъ въ 4-й день января прошлаго 1854 г.; а какъ листъ сей, по своему содержанію, заключаетъ въ себѣ отвѣта на посланный мною въ Китайскій Трибуналъ листъ отъ 30-го октября минувшаго года, копія съ котораго была мною своевременно сообщена вашему превосходительству, то я въ подлинникѣ удержалъ его у себя.
Соображая вышеупомянутый листа Трибунала съ письмомъ Ургинскаго правителя амбаня-бэйсе, мною въ одно время полученнымъ, я нашелъ рѣзкое противорѣчіе сихъ двухъ актовъ между собою и, опасаясь отдалить время объясненій но вопросу о переговорахъ нашихъ въ дѣлѣ разграниченія, поспѣшилъ отправленіемъ листа отъ себя въ Трибуналъ, дабы недоразумѣнія не могли причинить вреднаго вліянія на дружественность нашихъ сношеній съ Китайскимъ правительствомъ.
Вмѣстѣ съ симъ я предписалъ управляющему Кяхтинскимъ градоначальствомъ кратко отвѣтить Ургинскому правителю о причинѣ и необходимости объяснить встрѣченное мною разнорѣчіе въ письмѣ его къ Кяхтинскому градоначальнику съ листомъ Трибунала ко мнѣ; и при семъ къ свѣдѣнію вашего превосходительства имѣю честь препроводить копію съ сказаннаго предписанія.
Въ письмѣ своемъ Ургинскій правитель амбань-бэйсе, предлагая мѣстомъ съѣзда для переговоровъ въ нынѣшнемъ лѣтѣ рѣку Горбицу, ясно высказываетъ ту мысль, что цѣль этихъ переговоровъ должна быть: поставленіе пограничныхъ знаковъ, которые со стороны нашего правительства доселѣ не были поставлены, и это свое предложеніе основываетъ на смыслѣ листа нашего Правительствующаго Сената, отъ 16-го числа іюня 1853 года, въ Трибуналъ Внѣшнихъ Сношеній.
Вашему превосходительству не безъизвѣстно, что въ дѣлѣ разграниченія съ Китаемъ существенная цѣль Россіи не есть и не можетъ быть постановленіе столбовъ на томъ пространствѣ земли, которое, въ силу трактата посланника Головнина, безспорно признано во владычествѣ Китая; эта причина заставила меня не согласиться на предложенія амбаня-бэйсе, желающаго, какъ видно, хитрымъ образомъ дать дѣлу направленіе одностороннее, естественно для выгоды своего государства.
Основываясь на предложеніи, высказанномъ въ послѣднемъ листѣ Трибунала Внѣшнихъ Сношеній, предлагающаго съѣздъ въ Ургѣ, и въ особенности не привязывающаго особаго подстрочнаго значенія къ словамъ листа нашего Сената о поставленіи пограничныхъ столбовъ, я радуюсь удобному случаю выразить еще разъ Китайскому правительству, что дѣло о разграниченіи двухъ имперій имѣетъ значеніе высокой государственной важности, въ особенности по случаю настоящихъ военныхъ событій, и разрѣшеніе, такового вопроса не можетъ подчиняться одностороннимъ взглядамъ о переговорахъ, не можетъ состоять въ обсужденіи частностей.
Все вышеизложенное мое соображеніе считаю долгомъ покорнѣйше просить ваше превосходительство повергнуть на Высочайшее Государя Императора благоусмотрѣніе и о послѣдующемъ почтить меня возможно поспѣшнымъ увѣдомленіемъ.
51. Отношеніе къ военному министру.1
(1855 г., 28-го марта, No 720.)