Нещастная слабость Полковника Пестеля, была хвастатся даже и тем чего не бывало. Ежели бы он истинно имел намерение собрать une garde perdue; то верно-бы о сем знали Юшневской председатель, Вольф, Ивашев и я; но чистосердечно уверяю что ни как не помню чтобы он когда нибуть говорил о сем намерении а кольми {Так в подлиннике.} паче чтобы он на меня возлогал препоручение набирать сих отважных людей, и потому утверждаю что ни когда ни кому не предлагал и не имел в мыслях предложить взойти в такую партию. Через одного из свицких офицеров посланных мною к Пестелю я ему сказывал что все свицкия офицеры пылают ревностью к цели общества; но сие не означало чтобы можно было составить из них шайку уби[й]ц {Далее следует зачеркнутое место: "5. Я сии два вопроса совокупил в месте". Но потом А. П. Барятинский изменил свое намерение писать один общий ответ на вопросы 4 и 5 и дал ответы на каждый в отдельности. В начале ответа на вопрос 4-й, карандашом сбоку приписано: "Н. очная ставка".}.
4.
Я не могу выти из удивления чтобы Подполковник Фаленберг мог на меня навлеч такое странное подозрение, он котораго имя было забыто в обществе, все члены Тульчинския могут о сем свидетельствовать. || (л. 47 об.)
В 1822 год {Слова "В 1822 год" приписаны на полях.} Подполковник Фаленберг всякой день ко мне ходил в Тульчине но, он сам может о том свидетельствовать что я его не когда не приготавливал и не имел ни какого намерения его принимать. Однажды ехавши с ним в Клебань (12 верст от Тульчина) разговорились с ним о правительстве и видя что он так-же негодует на оное, решился по необдуманной и безмерной пылкости моего карактера его принять. Понеже общество еще тогда было очень ограничено то чтобы ему дать важное о нем понятие я бог знает что ему сказывал, и чтобы избегнуть отвечать ему на затруднительныя его вопросы, которыя могли бы обнаружить нашу слабость я ему сказал точно, что ему откроются все тайны {Далее зачеркнуто: "когда".} по мере его услуг обществу. Но крайне меня удивляет чтобы мог я с него одного взять клятвы когда имянно было решено по востановления {Так в подлиннике.} общества, что надобно довольствоватся одним {Слово "одним" приписано на полях.} честным словом, и каким образом я преступил один только раз {Слова "один только раз" вписаны над строкой.} без всякой нужды сие правило для него; перваго члена котораго я принел в новое общество.
Предполагая даже, чего никогда не бывало, || (л. 48) чтобы я имел выше упомянутое препоручение от Пестеля, возможно ли чтобы я без всякаго преуготовления и в следствии {Первоначально было "после"; слова "в следствии" вписаны над строкой.} однаго толко разговора, где он ничего важнаго не говорил решился бы принять его в число {Слово "число" вписано над строкой.} самых отчаянных членов? Конечно я ему сказывал о намерениях цели и средствах общества (ибо сие было одним из законов принятых обществом чтобы объявлять новопринимаюшимся цель его и средства дабы тем соблюсти единогласие). Как он, Фаленберг, не уражденец руской {Первоначально было: "чужеземец", слова "не уражденец руской" вписаны над строкой.}, некогда не отличаясь любовью к России, поддерживая себя в то время Царской службою, не имея ни какой злобы противу Блаженной памяти Государя Александра Павловича, ни когда ни какой отчаености не показывав, мог дать {Далее зачеркнуто: "таку[ю]".} без всякаго прекословия, такую клятву которую, я любя отечество до крайности и пыльчи имея страсти чем он; утверждаю перед всем что есть священнее в мире, не решился бы дать, ибо даже для благо отечества не могу быть убицею. После сего остается мне объявить что, или Подполковник Фаленберг не ясно помнит сие произшествие (я покажу в ответе на б вопрос что он худо помнит что произходило тому несколько месяцов) или что я сделал, || (л. 48 об.) бывши увлечен маей необдуманной пылкостью, самой не нужной и самой преступной поступок.
5.6.
Я совокупил сии два вопроса и для порядка буду отвечать сперьва на 6.
Удивляюсь как судьба которая всегда меня гонила из самого пустого произшествия навлекла на меня ужасное подозрение. Для объяснение сего ничтожнаго приключения столь важно Подполковником Фаленбергом показаннаго я должен взойти в самыя мелачныя подробности.
Когда что то важное скрывалось между начальством главной Квартеры (болезнь блаженной памяти Государя Императора) то все мы опасались не открылось-ли общество о чем я и дал знать через Крюкова 2-го полковнику Пестелю {Слова "о чем я и дал знать через Крюкова 2-го полковнику Пестелю" вписаны над строкой.}. Однажде {Так в подлиннике.} пришли ко мне некоторыя свицкия офицеры и один из них сказал что Начальник Штаба отправляет немедленно куда-то Фаленберга. Крайне удивились мы что его выбрали для какого нибудь препоручения, ибо у него жена при смерти была больна и судя по сему что сие поручение должно быть важнейшим, крайне опосались {Так в подлиннике.} чтобы оно не касалось общества (ибо Граф Вит || (л. 49) в письме Давыдова о котором я упоминул в первых ответах, сказывал через Башняка что наш {Слово "наш" вписано над строкой.} Начальник Штаба должен был открить Государю Императору в конце прошедшаго года свои подозрения и те свединия {Так в подлиннике.} которыя он имеет о существовании общества). В то время приехал ко мне Вольф, и как он должен был посетить Фаленберга котораго он в то время пользовал жену, то я его просил узнать от него правда ли что его посылают и по делам ли службы или на щет общества. (Каким образом общество тут превратилось в Отечество не понимаю, и как вышло из етаго странное выражение дела службы отечества). Вольф ли меня не понял, Фаленберг ли дурно его выслушал не знаю; но вот что после произошло.
Тот-же день я поехал обедать к Юшневскому, куда приехал Вольф прямо от Фаленберга и сказывал что он, Фаленберг на его вопрос отвечал, что в положение его жены он не куда не поедет ни по делам службы ни для общества или естьли не точно сии слова то было {Слова "естьли не точно сии слова то было" вписаны над строкой.} тому подобное выражение. На сие Юшневской покачав головой сказал хорош, член, и кто его принимал? я отвечал что я его принимал и крайне мне было досадно слышать от него род укаризны. || (л. 49 об.) вскоре я к нему (после несколько месяцов что я его не посещал) приехал и спросил правда ли что он с досадой сказал Вольфу что он не поедет ни куда {Слова "ни куда" вписаны над строкой.} на щет службы и общества и что ему нет дела до отечества {Первоначально: "для него нет теперь отечества".} или тому подобное выражение которое не помню. На сие мне Фаленберг отвечал что он ни когда ему сего не говорил, что он ему сказал я некуда не поеду для службы ибо жена моя больна и прибавил мне сии слова: Я не мог ему ничего сказать на щет общества ибо до сех пор я не знаю {Первоначально: "знал".} что он, Вольф есть член онаго {Слово "онаго" вписано над строкой.} (новое доказательство сколь он сам был маловажным членом, ибо {Первоначально: "что".} он не знал что Вольф которой {Слово "которой" вписано над строкой.} из старых и коренных членов, и всегда с нами обращающийся есть член). Вероятно что я согласился с ним что ему нельзя отлучится ибо жена умирает, но он показывает как будь-то я сделал какое то, тайны сокрывающее воскрицание {Так в подлиннике.}, что совершенно не справедливо. После сего, как-бы для своего оправдания я пересказал сие Генерал Интенданту Юшневскому.